859d7931     

Панарин Сергей - Волшебная Самоволка 1



СЕРГЕЙ ПАНАРИН
ВОЛШЕБНАЯ САМОВОЛКА 1
ФЛАГ ВАМ В РУКИ!
В дивную новогоднюю ночь чудо может случиться где угодно, и воинская часть — не исключение. Когда на Посту Номер Один открылся магический портал и в нем исчезло Боевое Знамя, часовому Коле Лавочкину ничего другого не оставалось, как броситься вдогонку за полковой реликвией.
Так он оказался в волшебном мире, полном сказочных героев, а смекалка и немного удачи помогли ему прослыть в народе отважным рыцарем Николасом Могучим. И всё бы хорошо, не отправься на поиски знамени и часового прапорщик Павел Иванович Дубовых.
Глава 1
Караул, или «Туда, но не обратно»
В некотором подразделении, на некотором удалении от Москвы расположен всемирно известный секретный объект, чьи точные координаты и название пусть останутся неразглашенными. Это солидный ракетный комплекс, удерживаемый в боеспособном состоянии силами обычного полка. Именно здесь началась наша загадочная и героическая история.
Когда вся страна в едином новогоднем порыве нарезает тонны салатов и выпивает цистерны шампанского, когда фейерверки взрывают ночное небо, где-то есть люди, которым не до праздника, не до курантов и не до салютов. Это солдаты, несущие службу. Куда они несут службу?

Согласно уставу, они несут службу Родине. Поэтому нет им тишины и праздника, а есть им сплошное беспокойство и армейские будни.
Вечером тридцать первого декабря рядовой-первогодок Коля Лавочкин заступил в ночной караул на Пост Номер Один, и означало это, что Новый год встретит он не за столом и с фужером игристого, а подле полкового знамени и с автоматом в руках. Целых полтора часа Коля тихо сокрушался над своей несчастливой судьбой. Угораздило же попасть в караул именно сегодня!
В полку, где служил Лавочкин, Пост Номер Один располагался не как обычно, в вестибюле, а был перенесен в Красный уголок. Коле нравилась музейная обстановка, царившая в Красном уголке: комната была увешана кумачовыми плакатами и стендами, рассказывающими об истории части. А недавно тут появилось упомянутое знамя под плексигласовым колпаком, и, соответственно, бедолага-постовой.
Лавочкин ощущал себя экспонатом дурацкой выставки — таким же бутафорским, как и остальная начинка Красного уголка. Караульщикам тут даже патронов не выдавали!
Вот и стоял Коля Лавочкин, словно ряженый: в парадной форме, и при автомате с пустым магазином.
За стеной, в огромном кабинете командира полка, где по традиции собирались офицеры, было шумно, музыкально и празднично. Кто не сбежал в длительное увольнение, тот встречал Новый год в компании сослуживцев. Лавочкин невольно вслушивался в басовитый гомон командиров и пронзительный смех их жен и подруг.
«Мы чужие на этом празднике жизни», — вспомнил Коля крылатую фразу и тяжко вздохнул.
Комполка, а проще говоря, «папа», человек старой закалки, давно завел уйму странных обычаев. Например, отмечал он все праздники без отрыва от службы, то есть прямо в штабе. А полковое знамя не запирал в сейфе, как все нормальные командиры, а мучил солдатиков караульной службой на Посту Номер Один.
Рядовой Лавочкин понимал: вряд ли кто-нибудь захочет проверять караульного в праздничный вечер, ведь дежурный офицер, любимчик «папы», веселился в том же кабинете.
В Красном уголке было тепло — хорошо топили. Коля даже немного вспотел и снял фуражку. Он захотел приоткрыть форточку, но за ночным окном несся сплошной поток снежных хлопьев.

Долговязый рядовой Лавочкин скорбно ссутулился, поправляя висящий на плече автомат. Форменный садизм — в новогоднюю ночь стави



Назад